Маттерхорн ККА-2014: Экспедиция за грань реальности. Часть первая: знойная акклиматизация и ветер перемен.

Главное фото

«В суету городов и потоки машин»… Вот мы уже почти неделю в Красноярске, и позади очередная экспедиция Клуба на очередную… ну уж нет, очередной эту гору никак не назовешь. И, конечно, кто знает, куда еще нас занесет любовь к заснеженным вершинам и жажда приключений, но создается впечатление, что это восхождение всегда будет стоять особняком, оставшись ярким отпечатком в памяти всех участников.

Включаю компьютер, загорается экран монитора, и на рабочем столе медленно появляется ОН. Еще пару недель назад бывший просто картинкой, вызывающей мечтательно-восторженные мысли, но за десять дней созерцания-нахождения ставший чем-то большим, заставляющим сердце биться немного чаще и поднимающим в памяти ворох воспоминаний. Итак, обещали – выполняем: рассказываем, какой он – Маттерхорн. А он разный. Встретивший нас жаркими объятиями и постепенно перешедший к снежно-недружелюбному наступлению… Но обо всем по порядку.

16 марта с утра пораньше собираемся в аэропорту. Распихав свои пожитки в рюкзаки до предельных 20кг, щедро выделенных авиаперевозчиком, остальное добро, коего немало – бивак, веревки, снаряга – разбираем в ручную кладь, и под удивленные взгляды работников аэропорта, недоумевающих, почему 4 часа в самолете мы никак не можем провести без гречки и котелков, проходим паспортный контроль, оставив все заботы и дела в Красноярске и уверенным шагом направившись навстречу приключениям.

Путь нас ждет неблизкий: сначала с пересадками летим до Милана, оттуда – поездом в Церматт. Уже почти ночью добравшись до Италии, груженые как верблюды в караване, путем недолгих шатаний по душным миланским улочкам, наполненным в этот вечерний час достаточно сомнительным контингентом, добредаем до хостела. Уставшие от показавшегося бесконечным перелета, падаем спать, забыв даже порадоваться теплой европейской весне, пришедшей для нас на смену промозглой снежной Сибири.

Утром все разительно меняется: яркие солнечные лучи и восхитительно вкусные итальянские круассаны, раздобытые парнями с утра пораньше в какой-то местной кафешке, мгновенно вселяют в нас новые силы и делают казавшиеся еще вечером неподъемными рюкзаки вполне транспортабельными. В приподнятом настроении отправляемся на ж/д вокзал, где бросаем вещи, и еще пару часов наслаждаемся прогулками по цветущему Милану, закупаем продукты, после чего начинаем свой путь в Швейцарию.

Поездом едем часа три, но это не кажется утомительным: за окном один за другим мелькают прекрасные пейзажи – на смену зеленеющим деревьям и голубым озерам с цветущими островами и возвышающимися на них замками приходят скальные выступы и невероятные мосты, при подъеме выше на склонах появляется снег, а в поле зрения возникают горделивые очертания могущественных гор. Зачарованные окружающей красотой, подъезжаем к Церматту. После более чем 20-ти градусной миланской жары вечерний воздух кажется немного прохладным, но это приятная альпийская свежесть, и не более – температура в любом случае выше 0.

Дожидаясь остальную часть группы, которая вот-вот должна прибыть из Германии, озираем окрестности и бродим по привокзальной площади. С первого взгляда становится понятно — Маттерхорн – этакое «это наше все» для этого небольшого швейцарского поселка: практически на любой надписи или вывеске значится «Matterhorn» в разных сочетаниях или виднеется знаменитый силуэт, в витринах лавок для сладкоежек стоят шоколадные Маттерхорны, продаются открытки/картины/магниты и т.д. и т.п. с изображением его самого, на площади расположен автомат, позволяющий с помощью 2 франков и небольших физических усилий выгравировать знаменитую гору на 20ти-центовой монете… Хотя сейчас не сезон: альпинистов не видать, в основном прохожие грохочут по мостовой горнолыжными ботинками и никуда лезть не собираются… Вот подходит очередной поезд, и наконец-то вся команда в сборе. Закинув рюкзаки на плечи, идем к хостелу, где планируем ночевать в дни отдыха, — разведать обстановку и оставить лишние вещи.

Немного проходим по дворам, бросаем взгляд в сторону и… Нет, он не такой, как на фотографиях. Обработанных, подкрашенных, поражающих своей яркостью. Он лучше. Выше, могущественней, пленительней. На фоне чистого неба, в свете едва начинающего заходить солнца, со стороны он кажется невероятной башней, неприступной крепостью, завораживающей четкими линиями гордого силуэта. С одной стороны, он близко, как никогда, с другой – кажется еще более нереальным, чем раньше. С трудом оторвав взгляд от этого восхитительного зрелища (которым нам еще наслаждаться долго и в разных ракурсах, но мы еще не думаем об этом), продолжаем свой путь.

Дойдя до хостела, переодеваемся, перебираем вещи, выкидывая из рюкзаков все лишнее. В планах – акклиматизационная ночевка на 2500м. В длинной дороге все изрядно подустали, и нас посещает коварно подкинутая ленью мыслишка: а может быть, на канатке?? Благо, этого добра здесь навалом! Горнолыжный курорт мирового масштаба, как никак. Потирая ручонки и предвкушая небывало легкий «акклиматизационный выход», подходим к кассам за билетами на подъемник. Но не тут-то было: канатная дорога еще работает, но только на спуск, подъем уже закрыт. Так что, как в той истории с немцами на Эльбрусе – «Хелихоптер нихт, попи**дофали»…

«Тиха украинская ночь»… Но только не швейцарский вечер! Отдыхающий народ гудит по полной: пока идем внизу, множество различных баров и пабов сотрясают воздух энергичной музыкой, громким смехом и возгласами на разных языках. Когда поднимаемся выше, шум стихает, но по дороге все еще попадаются различные строения. В одном из таких, похожем на небольшой ресторанчик, приветливо горит свет и несколько человек ведут светские беседы за чашечкой вечернего чая. Решив уточнить у них, верным ли идем путем, Ира решительно открывает дверь. Люди в ужасе вскакивают, энергично размахивают руками и что-то кричат на немецком. Оказывается, мы вероломно вломились в частные владения, нарушив тихий семейный ужин. Извинившись, все-таки уточняем дорогу и отправляемся дальше, изредка похихикивая, вспомнив перепуганные лица хозяев дома, вероятно предположивших, что агрессивные русские решили не останавливаться на так осуждаемом в Европе «захвате» Крыма, и теперь попросту с ледорубами наперевес вламываются в дома мирных европейских жителей с целью их присоединения к территории РФ.

Путь держим к озеру Швартзее, видим подходящий указатель и сворачиваем на тропу в лес. Ну как тропу – какие-то следы есть, но они больше похожи на следы от снегоступов, и мы временами проваливаемся чуть ли не по пояс. Пройдя по лесу выходим на склон, по которому сначала гребем в глубоком снегу, потом карабкаемся по камням и в завершении этого «микстового» маршрута занимаемся траволазанием по каким-то непонятным мхам и колючим кустарникам. Уже успело стемнеть, тяжелые рюкзаки порядком поднадоели, ноги то проскальзывают на жухлой прошлогодней траве, то проваливаются в рыхлый снег, вода вся выпита – словом, акклиматизация идет полным ходом: готовим свои тушки, отвыкшие от физических нагрузок за последние дни, проведенные в поездах и самолетах, к трудностям и лишениям, которые могут поджидать нас на маршруте.

Долго ли, коротко ли, выходим к финишному этапу нашей акклиматизационной эстафеты – подъему по лихим швейцарским горнолыжным спускам. Пока ползу наверх, прикидываю, сколько смогу сэкономить по приезду в Красноярск: после таких подъемов, да еще с огромным рюкзаком, канатка в Бобровке мне теперь без надобности. Занятая этими глобальными финансовыми расчетами, подхожу к концу очередного подъема. Чуть в стороне виднеется станция канатной дороги. Вова с Ирой уже тут, ждут отстающих, очевидно, план на сегодня выполнен. Подходит Костя с палаткой, и мы отправляемся обустраивать место для ночевки в стороне от горнолыжных трасс. Понемногу подтягиваются остальные, все изрядно устали, поэтому без долгих рассуждений ставим палатки – и спать…

Первое утро в Швейцарии встречает нас яркими солнечными лучами, ясным небом и отменной погодой. Собрав вещи и позавтракав в кафешке, примеченной еще накануне неподалеку от канатки, отправляемся в путь: следующая станция – приют Хернли (3260м). Пункт назначения прекрасно виден, и кажется, идти до него – совсем ничего. Да и вообще, на небе ни облачка, и весь Матттерхорн как на ладони – статный, красивый, пленяющий. По снежному склону, с проглядывающими временами скальными выступами, снова выходим на горнолыжные спуски, пересекаем их и подходим к железным лестницам, за которыми поднимаемся на гребень. Ох, сколько насмешек было посвящено в тот день «суровому зимнему швейцарскому альпинизму»! И небезосновательно – ручьи пота, килограммы солнцезащитного крема, попытки при любой возможности охладиться, погрузившись открытыми участками тела в снег, воспоминания о родной прохладной Сибирюшке, – все это не давало в полной мере поверить в то, что восхождение-то у нас зимнее.

В какой-то момент пути начинаются почти чистые от снега скалы, льда на них тоже практически не наблюдается. По этим скалам и добираемся до приюта, по поводу которого оправдываются пессимистические ожидания – он закрыт. Мы, конечно читали, что приют работает только в сезон июнь-сентябрь, но предполагали, что хотя бы какое-то помещение оставляют открытым для тех, кто на Маттерхорне побывать хочет, но летом стоять в очереди на маршруте особого желания не имеет. Также читали, что проводится реконструкция приюта, и в сезоне 2014 он вообще работать не будет, и, возможно, закрыт именно поэтому. Так или иначе, мы готовы к такому развитию событий: палатки с нами, и жить есть где.

Пока разбиваем лагерь, становится заметно холодней. Может быть, потому что солнце уже с другой стороны горы, а может быть, погода меняется… Вот и ветерок какой-то постоянно дует, и небо уже не такое чистое… Фотаем Маттерхорн, себя на фоне Маттерхорна, Маттерхорн на фоне заката… Он теперь еще ближе, и еще загадочней сначала в лучах заходящего солнца, а потом в окружении облаков и проглядывающих на небе звезд. План на завтра – разведка маршрута и спуск в Церматт, но завтра – это завтра, а пока – в спальники и на заслуженный отдых. Перед сном в нашей палатке проходит концерт народного песенного творчества, остановленный только намеками ответственных дежурных о прямой зависимости вкусности и сытности нашего завтрака от скорости завершения песнопений.

Просыпаюсь от неимоверного шума, гула, завываний и хлестких ударов какой-то тряпкой по лицу. Не сразу удается сообразить, кто я, где я, и что вообще творится вокруг, но через некоторое время становится ясна суть происходящего: за бортом – ветер не на шутку, тент от палатки порван, сама палатка ходит ходуном в разные стороны и давно бы улетела, как домик Элли, если бы не привязанные стропы и не лежащие в ней 5 человек. В голове острой стрелой пролетает мысль: прощай, мой рюкзак, брошенный снаружи, с непонятно зачем взятыми с собой документами; прощай, Родина, на которую меня теперь не пустят; здравствуй, бродяжническая жизнь в Швейцарии и табличка на шее «Подайте на пропитание бедному альпинисту, “же не манж па сис жур”»… Разумное решение – вылезти и спасти рюкзак, если его еще не унесло, — в голову почему-то не приходит. Так и лежу: со сбивчивыми мыслями о рюкзаке, Родине, попрошайничестве; о масштабе того, что происходит на улице, и о том, как мы будем отсюда спасаться… ой, то есть спускаться. Эх, хорошо! Просто песня! Вот та, со словами «Мама, забери меня отсюда, это горы»… Еще и руки почему-то нестерпимо болят. Ладно, надо уснуть. Утром, глядишь, получше будет…

Утреннее «получше» выглядит так: среди нескончаемого гула раздается едва различимая Вовина команда «Всё, подъём!», начинается сумбурная возня в палатке, натягивание на себя всей имеющейся одежды, вытряхивание кучи снега из ботинок, стоявших в тамбуре, разговоры о происходящем, тонущие в шуме ветра и колыхаемой им палатки. Выход из палатки – словно выход в открытый космос. Схватиться бы за что-нибудь, чтоб не сдуло… Но есть и радостные, я бы даже сказала, счастливые моменты в жизни – рюкзаки на месте, не быть нам швейцарскими бомжами! Вот только бы вниз еще спуститься… А как это будет происходить, мне пока не сильно понятно: ветер сбивает с ног даже на ровном месте, как лезть по гребню, да еще с парусом за спиной в виде огромного рюкзака?? Проблема тяжелых рюкзаков решается просто: большинство вещей, хорошенько припрятав и закопав, оставляем здесь – нам все равно возвращаться, а внизу бивак-еда-снаряга без надобности. Проблема неустойчивости под порывами ветра одной отдельно взятой человеческой единицы нашей экспедиции тоже решаема: связываемся веревкой и осторожно начинаем спуск. Не могу сказать, что было просто: ветер сбивает с ног, все команды тонут в бесконечном гуле, тянут веревкой вниз идущие впереди более бодрые участники. Но и после того, как мы спускались с Хернли во второй раз (об этом позже), язык не поворачивается сказать, а ручка написать, что первый спуск был сложным. Как говорится, все познается в сравнении.
Спускаемся по гребню, дюльферяем к лестницам, выходим на горнолыжные спуски. Йо-хо-хо, цивилизация, канатка! Сейчас-то мы на ней и спустимся, почти что прямиком в свой уютненький хостел! Но канатка работает, а вот автомат по продаже билетов почему-то нет… И от удобного, быстрого спуска нас отделяет всего какой-то турникет… Усталость и желание побыстрее оказаться внизу мгновенно побеждают слабые стоны совести и уважение к закону и порядку, прыжок через турникет – и вот мы уже едем вниз в уютной кабинке. Через стекло припекает солнышко, ветра как будто бы и нет (по крайней мере, здесь он в разы тише, чем на Хернли), и минувшая ночь и наши утренние приключения кажутся просто сном. Пока едем на канатке, любуемся местными пейзажами, заодно оглядываем свой путь заброски. Да, вот это мы дали! Со стороны все эти подъемы выглядят впечатляюще. Добавить к этому еще ночь и свет фонариков… В общем, зрелище наверняка было еще то.

На нижней станции нас опять ждет турникет, через который мы перепрыгиваем прямехонько к сотрудникам канатки, которые явно горят желанием объяснить нам, что такое ски-пасс и как им пользоваться. Мы, в свою очередь, рассказываем им о своем горячем желании заплатить по 32 франка за спуск и подло отказавшемся нам помочь в реализации этого желания автомате наверху, расплачиваемся и отправляемся в хостел.

Во второй половине дня жизнь засверкала новыми красками – душ, хорошая погода, приятные прогулки по Церматту и посиделки в кафе сделали свое дело: настроение поднялось, а утренний настрой — свалить отсюда куда подальше и как можно быстрее — сошел на нет. Здесь, внизу, и не скажешь, что на 1,5 км выше все не так радужно и безоблачно. Здесь тепло, можно ходить в футболке и жмуриться от солнца, сидя в каком-нибудь милом местечке и со стороны любуясь Маттерхорном, находящимся в небольшом туманном облачке, но все равно еще хорошо различимым. Здесь можно дышать чистым воздухом: в Церматте запрещен автотранспорт, только лошади и электрокары. Церматт… Когда мы были в Шамони, там все жило и дышало альпинизмом – везде и всюду альпинисты и все для альпинистов. Тут другая тема – горнолыжка. Горнолыжники и все для горнолыжников. Сноубордисты еще есть, но их мало. Альпинизм… Альпинизмом особо и не пахнет, может, конечно, летом, в сезон, здесь все иначе. А вот Маттерхорн – другое дело, он круглогодичен и он здесь, как я уже говорила, повсеместно. Есть даже музей Маттерхорна – этакая стеклянная конструкция, выполненная в форме самой горы. Что там внутри – не знаю, мы почему-то так и не нашли времени зайти. Зато зашли в аптеку. За кремом от ожогов. На нем – тоже изображен Маттерхорн, и на солнцезащитном бальзаме для губ – тоже он… Что еще, кроме Маттерхорна? Эдельвейсы, коровы и сенбернары – вот лидеры символики местной сувенирной продукции. Особенно нас с Ксюшей вдохновила кружка, на которой на вершине Маттерхорна гордо размахивала швейцарским флагом среднестатистическая альпийская корова. «Ну, раз корова смогла, нам вообще нипочем!», — весело решаем мы. Недооценили мы ту корову… Еще ножи, шоколад. Трикони, их здесь изобрели. В антикварном магазине – один из первых образцов этой горячо любимой на Столбах обуви.

В завершение прогулки заходим в центр альпинизма – разведать обстановку на ближайшие дни. Результат разведки удручающ – хорошая погода (ага, и то, что было с утра, тоже, оказывается, входит в хорошую погоду) продержится еще два дня, потом – резкое ухудшение: дождь, снег, снижение температуры, возможно до -30°С…

В связи с такими нерадужными развед.данными собираем экстренное совещание штаба. На повестке дня один вопрос: отказываемся от запланированного дня отдыха и уже завтра уходим на гору, в надежде сходить на вершину в погодное окно, или же пренебрегаем добытой информацией, со скептицизмом относясь к синоптикам и прогнозам, и, хорошенько отдохнув, отправляемся наверх только послезавтра. Оценив свое состояние, все признают, что отдых объективно необходим. Но вспоминая утро, и представляя, какие условия будут, если погода еще и ухудшится, единогласно решаем: выход завтра.

Приняв, как потом оказалось, единственно верное решение, расходимся по своим делам. Нас ждет ночь в теплых уютных кроватках, и самое время наслаждаться такой возможностью…

Продолжение следует… ))

Смотреть фото часть первая

Смотреть фото часть вторая




2 Комментарии к посту Маттерхорн ККА-2014: Экспедиция за грань реальности. Часть первая: знойная акклиматизация и ветер перемен.

  1. Отличный рассказ, завораживает, как будто с Вами ездил!

Добавить комментарий